ПОТОМУ, ЧТО

Борланд поднял руку, словно на уроке, и Иво пришел в голову рассказ Гротона. Правда, на сей раз плевки были политическими.
Перед ним стоял коротышка, на нем был металлический шлем, одет он был в кожаные доспехи, но не похожие на египетские, – очевидно, капитан. Он разглядывал Иво, стоявшего обнаженным и дрожавшего под порывами вечернего ветра.
– Дело в том, что в газообразной среде легче восстановить молекулярные связи после формирования молекулярной структуры, – заботливо растолковал Гротон.
В 1869 году Джеймс Вуд Девидсон опубликовал антологию поэтов Юга США – в ней было двести сорок одно имя. Ланье тоже был включен, но скорее для полноты картины, гораздо больше места было отведено тем, кого считали тогда великими.
Аборигенами были стройные смуглые жители Средиземноморья, с черными волосами и карими глазами. Многие были совершенно наги, по всей видимости – рабы, они принадлежали к разным расовым типам – от нордического вида блондинов до абсолютно черных негроидов. Но даже одетые выглядели не намного лучше: на них не было того роскошного одеяния, которое предписывают древним египтянам. Не было ни золотых украшений, ни ярких нарядов, ни даже туфель или сандалий. Босые, без головных уборов, всю одежду этих людей составляло шенти: отрез белого полотна, приталеный широким кожаным ремнем и достигающий только колен. Женщины были одеты в тесные длинные юбки, груди многих из них были неприкрыты. Это было бы замечательно, если бы они были молоды, здоровы и чисто вымыты, но...
– Давайте-ка лучше пройдем в общую комнату, – сказала она. – Когда он освободиться, в первую очередь будет искать нас там.
Два других участника катастрофы свалились на внутренние орбиты, они были слишком велики, чтобы выйти из системы. Эти два тела образовали двойную систему – Земля и Луна.
– Хорошо, оставим энцефалограммы в покое. Просто поверь на слово, хоть мы и не делали вскрытий, мы знаем, что внеземной сигнал вызвал деградацию мозга, в том числе и физические изменения. Причем, повторяю, никакого внешнего воздействия, только информация. Одно известно точно: существуют вещи, о которых развитому мозгу лучше не думать.
Эта мысль тревожила его, этот странный музей наводил и на другие тревожные мысли. Традиционно считалось, что инопланетные существа должны быть похожи на человека, чтобы построить цивилизацию и развить технологии высокого уровня. Для доказательства этого «тезиса» использовалась длинная цепь рассуждений – но ведь мнение человека по этому поводу просто не может быть непредвзятым, Иво решил не принимать его во внимание. И все же, если это так, то означает ли это, что инопланетянам присущи человеческие черты? Жадность, глупость, жестокость?
Он приблизился к лаборатории Афры и установил точку обзора так, что была хорошо видна вся комната. Она была там; лежала на койке и, похоже, еще не начала... проект.
Галера была совсем близко, и он мог рассмотреть все детали: корпус из темно-коричневого дерева, ряды отверстий для весел, а над ними – квадратные окна с дополнительными уключинами. Нос был практически вертикальным, без украшений, возле ватерлинии он изгибался вперед и плавно переходил в массивный шестифутовый рог, рассекавший океанские волны, а при случае (Иво в этом не сомневался) и вражеские корабли. Корма загибалась вверх как лебединая шея и обрывалась на высоте двадцать футов над ватерлинией. Кормовая уключина была гораздо больше остальных, в нее было вставлено большое весло, напоминавшее лопату, насаженную наоборот на черенок. Борт корабля выше ряда весел состоял из перемежающихся деревянных и плетеных панелей, а завершающий его ряд разноцветных щитов придавал галере довольно внушительный вид.
Иво почувствовал неловкость и отказался завтракать с Гротоном. Он был сильно голоден и направился в главный зал станции.
Он прикоснулся к ее лобковым волосам и легонько скользнул ладонью по ним – проводить внутренний осмотр не было оснований, по крайней мере, никак не больше, чем для исследования внутренностей носа, уха или рта. Ее ноги были немного расставлены, и его ладонь прошлась по внутренней стороне бедра, потом опять вверх, по выступам бугорков лимфатических узлов. Затем вниз, вдоль больших мускулов ноги, находившихся под большим напряжением, чем на руках, вниз к коленям, гораздо более изящным, чем его собственные. Икры были еще более напряжены, и когда он сжал одну ногу, Афра несколько сместилась, сохраняя равновесие. Узкие голени, сухожилия разбегались вниз к ступне. Высокий свод стопы, маленькие, но сильные пальцы. Когда он приближался к последнему этапу своего осмотра, один из пальцев ноги дернулся вверх, – прощальный салют, и внезапно его смущение, было ушедшее, вернулось вновь.
– Ну вот, это наш мир, – неуверенно произнесла Беатрикс, когда они вернулись на модуль. – И что нам с ним делать?
К системе присоединился еще один элемент, тоже останки давно умершей звезды. Затем третий, четвертый, – все они собирали, по возможности, скудную дань с окружающей систему космической пыли и газа.
Она не стала ждать ответа. Очевидно, была утечка информации, и фелки выследили их экспедицию. Они не могли бы так быстро найти их в космосе – из-за временной задержки на это ушли бы годы наблюдений.
Она была уверена, что знает ответ. Теоретически, любые существа, которым удалось попасть на станцию, достаточно зрелы и не восприимчивы к разрушителю. Но ведь у них могут быть менее зрелые попутчики, как, например, те, кто устанавливал эту станцию – истинно зрелые существа неспособны к осуществлению насилия, даже если оно неизбежно для достижения цели. Посему более молодым цивилизациям приходится заботится об оборудовании и делать грязную работу.
– Я здоров и не могу представлять угрозу безопасности, так как я родился в Филадельфии, вскормлен гидропоникой и не знаю, что я здесь делаю.
– Скорее ранней стадии эволюции вашей цивилизации. Ведь старыми не рождаются. Может, расцвет человечества затмит даже наш, цивилизации Хорвен. Если нас вдруг посетит гость из времен Четвертого Вторжения, он нам расскажет об этом. Мы надеемся, что меры, предпринятые нами, помогут вам достичь великой цели.
запчасти mitsubishi в декабре Выходит, это сотрудничество между активной и целеустремленной молодежью и немощными старцами? Но правы ли они? Это ли необходимо для спасения цивилизации?
Афре не составило большого труда вернуться в реальность, на станцию разрушителя. Комната была другой – еще один постоянно функционирующий станционный комплекс. Машины изготавливали образцы элементов периодической системы и опускали их во входные отверстия транспортеров – по-видимому, продукция отправлялась на выставку для гостей. Здесь же копировались произведения искусства и готовилась пища. То ли приходилось постоянно пополнять выставку, что означало, что визиты не такая уж редкость, то ли просто экспонаты обновлялись с течением времени.
Оценив ситуацию, он еще раз подтянулся. Атлету или, например, невесомому жрецу без труда удалось бы взобраться, так как отверстие было ненамного выше уровня головы, но Иво не был ни тем, ни другим. Он подумал, что в любом случае в этом «аварийном» выходе должен быть какой-то поручень, облегчающий этот акробатический трюк.
– Не надо больше вопросов. Возможно, вы и сами сообразите, каким будет мое решение.
– Дрон, это выше всяких похвал. Я уж думала, нам придется отступить, прыгнув на одну из подготовленных позиций, и, может, пришлось бы даже бросить тебя, но ты удивил всех – одержал победу. Что на тебя нашло?
Гротону пришел на память сходный чем-то случай из его жизни, произошедший много лет назад. Тогда он имел дело со студентами высшей школы. Тогда, как и сейчас, его цель была весьма проста – либо справиться со всем самому, либо провалиться с треском, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
– Более того, – поправил Иво. – Человека весом в двести фунтов придется уменьшить до размеров одной десяти миллиардной – одной десяти миллиардной! – атомного ядра. Но это если его сжимать одного, если же ему сопутствует материя, то размер больше.
– Не будь смешным, Иво, – резко сказала она. – Я без труда различаю вас двоих. Кроме того, я прекрасно знаю, что Шен бы меня оттуда ни за что бы не вытащил. Это мог быть только ты.
На краях галактика состояла почти полностью из скоплений космической пыли, которые, разбросав свои щупальца, пожирали свет многих тысяч звезд. Где-то там, в слоях жидкой атмосферы Млечного Пути, в чреве газовой туманности плавало Солнце со своей жалкой Солнечной системой – пылинка на огромном круге галактики, различимая лишь при сильном увеличении.
Она говорила отрывисто, выкладывая ему все оправдания, которые только приходили ей в голову. Будто извиняясь за то, что когда-то предложила ему свое тело, пусть и в другом облике. Иво горько подумал, что если она стыдится этого импульсивного поступка, то извинения здесь уместны. Ведь она же говорила, что не любит уподобляться проститутке.
– Гарольд, все это неправда. Иво все преувеличил. По такого рода обвинениям можно засудить кого угодно. Афра пыталась вернуть любимого, пыталась изо всех сил, но не получилось. Но ведь все мы бездействовали. Мы бы так и оставили его гнить в этом контейнере. Если бы она знала, что произойдет, она бы никогда...
Но была еще одна, более насущная проблема – вражеский флот. Если он не уничтожит их, они уничтожат его, и тогда он ничего уже не сможет предпринять. А что, если изменить Королеве... но тогда станция обречена, а это может оказаться ошибкой.
Иво ничего не сказал, так как стыдился признать, что он не имеет представления о том, что такое переменная цефеида и как с ее помощью можно определить местоположение в галактике. Он действительно способствовал технологическому прорыву на Тритоне, и с его помощью Гротон создал машины и аппараты, принципы действия которых не способны даже понять специалисты на Земле. За это время Иво познал многое, но фактически он выполнял функции стенографиста. Он совершенно не представлял, как все это устроено. Он сделал все, но не понимал ничего. Результатом явилась чрезвычайная осведомленность в одних областях на фоне полного невежества в других. Он мог рассуждать о гравитационном коллапсе и не знать, что такое переменная цефеида.
– Я об этом думал. Вы, очевидно, и есть пешка Шена, это подтверждают его зашифрованные послания. Думаю, он пришел бы к нам, если бы смог. И он сообщил нам, почему не может прийти, если мы его правильно понимаем.
Она выжидала, отказываясь схватить приманку Шена. Он, очевидно, забрался в память Иво и выудил оттуда ее споры с Гротоном. Шен пытался разозлить ее, а это означает, что если она сохранит присутствие духа, то сила его убудет. Нужно крепко держать свои чувства в узде.
Он теперь тоже принадлежал к их виду, и почувствовал влечение, несмотря на сидевшего внутри Homo Sapiens'а. Ну что ж, другая культура, другие нравы.
Он тоже сожалел о том, что они не могли провести вечность в макронной цитадели знания. Ведь это лишь одна стотысячная всех передач – это становилось все яснее, по мере того, как он узнавал все больше об объеме передач и их диапазонах, а это, в то же время, лишь стотысячная часть среди других областей знания. Университет? Это был межгалактический образовательный комплекс невообразимых размеров. Но в создавшемся положении они вынуждены были ограничится лишь малой каплей океана информации, не обращая внимания на его бескрайние просторы. Они явно были не достойны всего этого.
Улица Макона, ей семь лет, мужчина-негр стоит над ней. Но страха больше нет. Шесть знамений – восходящий, Солнце, Луна, Марс, Венера, Меркурий уступили место седьмому – Юпитеру – и сейчас она находилась под покровительством доброго бога. Она знала, что этот негр не обидит ее, он не был бандитом. Грабителем был белый.
– Теперь вы понимаете, я все время ждала возможности бежать отсюда. И теперь, благодаря вам, мне такая возможность представилась.
Она опять помчалась прочь от его безумия, то ли по коридорам станции, то ли по улицам Макона – она уже не ощущал разницы, и это не имело для нее значения. МАРС
– Но как это нам поможет не поджариться на ООНовском лазере? – Афра ни на минуту не забывала о нависшей опасности.
– В тот день я смертельно устал, – продолжал Гротон. – Насколько я могу судить, пришлось убрать достаточно мусора и неправильно произнести достаточно имен, чтобы хватило на целый год, но я никого ничему не научил. И, вдобавок ко всему, я получил три телефонных звонка от сердитых родителей, которые ругали меня за дурное обращение с их работящими ангелятами. Последний звонок был в час ночи и, наверное, я только тогда понял, что значит быть учителем.
Он размышлял, не лучше ли было не давать ей телеграмму, а сразу же ее уничтожить. По интеллекту ей было далековато до Брада, но, тем не менее, соображала она достаточно быстро.
Иво посмотрел на сидящих людей. Доктор Джонсон был благообразным стариком, с волосами и бровями цвета стали, глубокие морщины вокруг глаз говорили о сильном характере. Он напряженно смотрел в одну и ту же точку, будто решал какую-то сложную головоломку.
Гротон закончил одевание Иво и начал сам натягивать скафандр. Урывками, в промежутках между движениями, он изложил Иво политическую обстановку, как ее видел человек, который сам не беседовал с сенатором. Эта альтернативная точка зрения показалась Иво любопытной.
– Позволь мне самому догадаться! Значит, твоя камера неподвижна, а планета вращается, причем эквивалентная линейная скорость составляет около тысячи миль в час. Это все равно, что лететь на реактивном бомбардировщике на малой высоте над экватором и смотреть в бомбовый прицел.
– Нет, – отрезала Афра. – Я боюсь его. Он захватит меня, как и Брада. Я не смогу с ним бороться, он пробирается к моему интеллекту. Только что, с вами, я, выражаясь фигурально, закрыла глаза и открыла их, только когда мы были рядом с клеткой. Но я этого не понимаю и не знаю пути.
Со скоростью одна миля в час корабль прошел последние футы и уткнулся в спутник. Они сели.
Они немного отошли и сделали еще одну попытку, до разрушителя оставалось десять световых лет. Третий прыжок был хуже, но после четвертого они оказались совсем рядом – меньше парсека, чуть больше трех световых лет.
Игроки стали расходиться, представление закончилось. Никто не поздравлял и не вручал призы. Он не мог поверить, что все уже завершилось, и надеялся выяснить все, расспросив Гротона.
Все ждали, понимая его волнение, пытаясь найти способ хоть как-то помочь ему. Гарольд Гротон – его астрологические интерпретации не помогут здесь, Афра Саммерфилд – ее красота и аналитический ум бессильны, Беатрикс Гротон – ее доброта и участие безразличны внезапно онемевшим пальцам Иво...
Он потянулся было за другим карандашом, но женщина накрыла его своей ладонью, не давая взять. Видимо, она уже выбрала цвет и число точек, и протянула ему синий карандаш.
Это или поздняя весна, или раннее лето, – подумал Иво. Наверное, июнь. Слишком поздно для первой щучьей травы, но рано для золотарника. Он оставил парочку продолжать их беззвучный диалог и углубился в болота. Вот аллигатор гонится за рыбой, все такой же грациозный пловец. Выйдя к городу, он прошел мимо кроликов и дятлов, выискивающих в поле жуков – удивительно, насколько природа близко подходила к цивилизации в те времена. Он пересек город, нашел креозотовый завод, ящичную фабрику, примитивный консервный цех, корабельные верфи, в конце концов отыскал газету и прочел на ней дату: 5 июня 1930 года.
– Ну на ней можно далеко улететь, если дозаправить. Это Джозеф – наш аварийный корабль. Достаточно мощности, чтобы быстро улететь отсюда, если вдруг понадобиться. Но я лично считаю космос более безопасным местом, чем перенаселенная Земля, которая трещит по швам. Джозеф, собственно и притащил сюда скоп. Теперь он почти на пенсии, но не отправлять же старика домой порожним.
Затем на экране появилась поверхность Земли в почти нормальном масштабе времени, семьдесят миллионов лет назад: необычные континенты, необычная жизнь как на суше, так и в океане. Но произошло неожиданное – Луна подошла слишком близко к Земле, сейчас она проносилась на расстоянии, равном одной десятой от того, на котором она находилась во времена человека. Это было отнюдь не романтическое сближение, а угроза еще одной демонстрации физического смысла формулы Роше. Приливы на Земле превратились в настоящее бедствие, зияющие трещины рассекли поверхность Луны. Горы воды прокатывались по континентам, сметая все на своем пути, не оставляя за собой ничего, кроме голой и ровной суши. Наземная жизнь стала невозможной, были смыты даже ископаемые останки, высокоразвитые морские животные тоже вскоре вымерли в этой буре приливов. Прогресс жизни на Земле был отброшен назад на миллионы лет – это был самый грандиозный катаклизм в истории планеты.
– Овен и Лев – это всего лишь два княжества в океане королевств, федераций, империй галактики. Если вас еще не сожрали соседи, то только потому, что вы слишком бедны, для того, чтобы игра стоила свеч. Но сейчас многие галактические сверхдержавы подошли к такому состоянию, что им экономически выгодно поглотить вас обоих, а заодно и положить конец вашим мелким пиратским набегам на дальние колонии. Вы – финикийцы и греки, и вы созрели для завоевания ваших стран Египтом или Ассирией, а может, и Александром.
Брад поступил в колледж, Иво последовал за мелодией флейты и разыскивал памятники жизни Сиднея Ланье. Немногие образовали семьи с людьми из проекта. Все пытались поддерживать связь друг с другом, но со временем все как будто забылось. Но случайных встреч было достаточно для того, чтобы быть в курсе дел большинства. Иногда Иво мечтал о большой встрече, о сборе всех участников проекта – и сам понимал, что такая мысль свидетельствует об отрыве от жизни, о том, что он чужой в этом мире, мире 70-х.
Так развились довольно стабильные информационные сферы среди всеобщего хаоса, роль центров играли наиболее устойчивые и развитые цивилизации. Стабильность информационного пространства мало зависела от надежности отдельных его членов – как только замолкала одна станция, ее место тут же занимала другая, продолжавшая нести знания всем жителям галактики.
– Астрология – это мое хобби. Вы можете говорить, что это салонная игра, но я считаю, что правильно применив астрологию, можно извлечь пользу.
– В принципе, я могу сделать объемный каркас – что-то вроде трехмерной системы координат, – сказал Гротон. – К специальным планкам и листам можно будет прикрепить маркеры. И все, разумеется, прозрачное, так что мы сможем рассмотреть любое место под любым углом. Мы поставим пять известных нам уже точек, посмотрим, подумаем, может, нам и удастся что-нибудь выяснить.
Несомненно, именно поэтому Афра и задала свой вопрос. Она знала астрономию и физику гораздо лучше его, но понимала, что для Беатрикс многое из того, о чем они говорят, – загадка.
Наконец ситуация прояснилась. Иво увидел выигрышную комбинацию. Через три хода русский нехотя признал поражение, и все закончилось. Ковонов встал и прошел к статуэтке, возвышающейся в центре комнаты. Осторожно поднял сверкающий экскаватор, видать, изрядно тяжелый для своих габаритов, и поставил его на стол.
– Время сейчас не хуже, чем когда бы то ни было. – Иво был рад поводу отвлечься от мыслей о катастрофе. Он знал, что Гротон не просто надоедливый инженер, как показал его рассказ об опыте преподавания, у него нетривиальные мысли о важных вещах. Опасно поддаваться первому впечатлению и вести себя предвзято, как произошло во время первой встречи с Гротоном.
– В дни основания Тира существовало три равные державы, которые разделили весь цивилизованный мир, соответственно, на три сферы влияния. Первая держава – Египет, – простиралась от Северной Африки, вдоль повелителя всех рек – Нила до его четвертого притока, и на север вплоть до Дамаска. Вторая – Хеттия, включавшая в себя всю Анатолию и южное побережье до Дамаска. Третья – Ассирия, чьи владения были на восток от первых двух, и состояли из остатков великой Сирии и фактически всей Месопотамии. Из этих трех сверхдержав как самую могущественную я бы выделил Хетию, в основном потому, что у них были мудрые и деятельные правители, и они хорошо умели обрабатывать железо. К несчастью, эти державы имели серьезных врагов. Северные кочевники – киммерийцы, скифы и им подобные, – беспрестанно вторгались в их владения, да еще и западные варвары, троянцы и греки тоже совершали набеги на них. В конце концов, фригийцы создали собственное царство в Западной Анатолии, после чего Хеттия окончательно распалась. После этого остался огромный вакуум власти, который и явился причиной последовавших беспорядков. На какое-то время весь этот край был разделен на вотчины между наместниками-разбойниками. Таким образом, осталось только две сверхдержавы, но они испытывали большие трудности. Недолгое время Ассирия продолжала расширять свои границы, но потом и в ней наступил упадок, и она была способна лишь защищать себя от кочевников-арамейцев. Египет утратил свое владение в Палестине и с трудом сдерживал атаки морских народов. В результате образовалось много маленьких стран, живших пожиранием останков сверхдержав. Наверное, не было бы этой анархии, если бы устояла Хеттская империя.
Он – это Дрон, трутень: принц-консорт Королевы. Делом всей его жизни было угождать прихотям Королевы. Взамен он получал почет и то, с чем не сравнятся любые богатства – правда, только до тех пор, пока Королева к нему благосклонна.
– Значит, он ушел от скуки? Но это неубедительно, не так ли? Почему мир должен быть скучен для Шена? И почему возвращение – это не добровольный акт; с его стороны, я имею в виду? Я бы предположил, что у него были более веские причины уйти.
– Я сняла с вас шлем и окуляры, как только вы потеряли сознание, – не унималась Афра. – Сколько же времени вам оставалось на прослушивание?
– Даже если это принять, все равно сексу придают слишком большое значение. Как только желание удовлетворено, секс теряет свою привлекательность. Моя истинная страсть – это знание: в этом случае удовлетворение порождает желание знать еще больше. У меня неутомимый голод к познанию. А если под руками есть макроскоп, так можно долго вкушать плоды галактической науки.
Наконец-то Иво понял, что ему нужно делать. Он подвел ее к контейнеру и осторожно раздел, в то время, как она безучастно наблюдала за его действиями. Всего несколько часов назад он и представить себе не мог, что будет заниматься подобным! Раздевать пожилую женщину! Какие секреты теперь могут быть у нее от него?
Если бы эта станция была ближайшей к Земле базой разрушителя, то можно было бы заподозрить во всем этом тщательное разработанное шоу для людей. Но станция находилась на расстоянии сорок тысяч световых лет от Земли, и не могла быть создана для людей – если только люди не живут где-нибудь еще в галактике. Ну, если не люди, то очень похожие на них существа.
Женщина напротив него тоже взяла карандаш и старательно поставила на листе восемь точек, которые составили грубый контур фигуры в форме сердца.
Лезвие вонзилось в изрубленный край щита и на мгновение застряло в рыхлой древесине. Иво описал мечом полукруг, пытаясь отогнать нападавшего, и стражник отпрыгнул назад.
– Происходит нечто странное, – заметил Гарольд. – То изображение не похоже на ночное небо планеты внутри кластера, это похоже скорее на планету внутри галактики. А та светлая полоса – это же Млечный Путь!
– Сатурниум, юпитериум, марсиуниум, – передразнил ее Иво, продолжая ряд элементов образованием названий из имен планет. Ему показалось, что вокруг этой выставки подняли слишком много шуму. – Венериум, меркуриум...
Белые военные разрабатывали программы, которые, по их словам, станут эффективным, хотя и не очень гуманным решением проблемы. Действовали они скрытно, потому что большая часть белой общественности еще верила в компромисс двух культур, и обнародование милитаристских планов в то время вызвало бы большой скандал.
– Это не так. Когда Шену все надоело и он решил уйти – это случилось, когда ему было пять лет, – он осуществил это, создав посредственную личность и подставив ее вместо себя. Некто, не слишком способный, чтобы не привлекать внимание воспитателей, но и не подозрительно тупой. Некто более или менее бесцветный, но опять же, не настолько, чтобы вызвать подозрения. Некто средний в своей исключительности, если вы понимаете, о чем я. Он все это соорудил в одной из частей своего сознания, а сам пошел спать. А я – то, что осталось, самый настоящий запрограммированный человек. Он как-то все уладил с другими детьми, так что все забыли о нем и воспринимали меня так, будто я таким был всегда. Кроме Брада, конечно. Он как будто видел меня насквозь. Выходит, я родился пятилетним, и у меня не было детства в проекте.
– Тут много различных факторов. Наша основная и требующая срочного решения проблема – это крейсер. Если они быстро сориентируются и пойдут на перехват, то мы встретимся с ними через два дня. Если же они пойдут поосторожней и будут экономить горючее, да и мы будем маневрировать, то это займет несколько больше времени. Так как они знают, что горючее для нас не проблема, то последний вариант более вероятен. Они не станут рисковать макроскопом и попытаются отвлечь нас роботом, это будет длиться несколько дней, пока у него не кончится горючее.
– У вас нет никаких обязательств. Заверяю вас, Королева недолго будет печалиться, потеряв своего нынешнего Дрона. Будем считать этого Короля нашим трофеем. Хотя, разумеется, в наших силах организовать вам другое тело, а это вернуть...
Но малыш Тритон тоже хранил свои тайны. Всего в десять раз меньше Нептуна, в полтора раза больше Луны, но в три раза тяжелее. Если считать по массе, то Тритон был настоящим гигантом среди спутников планет Солнечной системы, хотя по размерам он был далеко не первым.
Он был покрыт пылью, но пыль была суше и легче, чем внизу. Очевидно, здесь давно никто не проходил. Хороший знак или плохое предзнаменование?
– Значит, так оно и есть, – ответил Хорвен, будто только что заметил это. – Это означает, что еще одна станция установлена и активизирована, и нам пора двигаться к месту установки следующей. Я начну цикл.
Через сто тысяч лет первый макронный сигнал покинул галактику и растворился в космических просторах, а сама станция, передавшая его, замолчала гораздо раньше – через десять тысяч световых лет после начала передач. Вероятно, эта цивилизация вымерла естественным путем, или произошла какая-нибудь глобальная катастрофа. Эта культура достойна занять место в галактической истории хотя бы потому, что она заложила основу информационной сети. Остальные, познав выгоды обмена знаниями, оставались активными пользователями сети, и в течение следующих тысяч лет их число неуклонно возрастало. В конце концов, количество пользователей стабилизировалось – после этого и началась так называемая главная фаза.
Вот и они. На экране кругового обзора густо высыпали точки – окружавшая систему Льва армада боевых кораблей была наготове. Здесь предвидели измену.
Иво любовался ее лицом, оно было столь прекрасно в своей безмятежности. Он ждал этой минуты с тех пор, как увидел ее в первый раз. Он прошел всю галактику, чтобы угодить ей.
– Большая группа вызовет у них подозрение, – пояснил ему Шеф. – Но с вами, с инопланетянином, они согласятся обсудить детали, и вы вернетесь с их экспедиционным корпусом. А мы уже к тому времени будем готовы.
Афра положила руку на канат и готовилась нырнуть под него при первом удобном случае. Она знала, что ничего хорошего ее не ждет, но необдуманное бегство может привести ее туда, куда ей вовсе попасть не хочется. Ей дали уже это понять. Шен обладал какой-то необъяснимой силой и мог создавать на ее пути реальные физические преграды, так что глупо, пожалуй, бежать, пока не известно, как он это делает. Один раз это были канаты, а в следующий может быть что похуже.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site10.html on line 354

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site10.html on line 354

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site10.html on line 360