В 1977 ГОДУ И

Они вышли на уровень сверхнауки, науки цивилизации III уровня, но никто из них не представлял, что находится за его узкой областью специального знания. Первые неуклюжие роботы были заменены громадными механическим монстрами, которые: казалось, уже сами распоряжались на Тритоне, компьютеры, гораздо сложнее компьютера макроскопа, управляли теперь самыми рутинными операциями, но последнее слово все же оставалось за человеком.
– Предположим, начинаем замедляться посередине, с постоянным ускорением, максимальная скорость тринадцать тысяч двести миль в час – ого – это одна четырнадцатая часть скорости света! Весь полет займет пять дней.
– Немногие из нас обладают истинным знанием, Иво. Одна из проблем нашей цивилизации в том и состоит, что она слишком сложна, чтобы каждый мог освоить все области знания. Мы вынуждены многое знать поверхностно, мы вынуждены просто поворачивать ручки и бездумно заполнять бланки – мы пользуемся всем готовым, и этого хватает. Нужно смириться с тем, что любой из нас в состоянии охватить лишь малую толику человеческого знания и культуры. Не обязательно все понимать, достаточно принять как должное.
Также особую благодарность автор выражает Марку Эдмонду Джоунзу за разрешение включить в текст романа выдержки из его астрологических трудов (автор хотел бы попутно отметить, что не претендует на свободное владение этим предметом)
Невозможно описать весь этот безумный спектр! Для такой гаммы цветов, такого множества оттенков человечество не создало ни понятий, ни определений. Сияющая спираль, гигантский вихрь из бесчисленных ярких песчинок – волна за волной гонит их космический ветер, они то сливаются в комки, то разбегаются в ослепительные россыпи. Млечный Путь был почти прозрачен, и в то же время представлялся невообразимо сложной трехмерной головоломкой.
– Иво, вы не можете следить за огнем, если жаритесь на нем. Вы должны управлять этим дистанционно и не заходить далеко. Другие уже пытались...
– Так вот, – продолжал Брад, пройдя к одной из досок и начал стирать диаграммы, нарисованные игроками в спраут, – пространство можно заменить упругой пленкой, а объекты Вселенной – предметами с пропорциональной массой, помещаемыми на эту пленку. Более тяжелые предметы сильнее прогибают пленку естественно...
Силы оставляли Иво – валторна уже не звучала, голос ее угас где-то безвозвратно. Оставалась только одна надежда, но ему не хватило сил поддержать мелодию.
– Я к этому еще вернусь. Собственно, вот потому-то нам и нужен Шен. В любом случае, необходимы тысячи макроскопов для подобного рода исследований, но даже этот финансируется скудно. Есть много более важных задач на Земле.
– Я не ожидал подобной инициативы от вооруженных сил Королевы. Судя по той легкости, с которой вы меняете расстановку кораблей, я заключаю, что вы, адмирал, находитесь на одном из них. Это свидетельствует о вашем мужестве и дает вам тактическое преимущество над нами, так как у меня временная задержка при связи с кораблями много больше. Я уполномочен предложить вам высокое звание в нашем флоте, если вы согласитесь примкнуть к нам.
Работа полностью поглотила их, не было даже сил поговорить. Навалившаяся усталость и ноющие раны заставили Иво с иронией вспомнить бесстрашных и неутомимых супергероев будущего, которые никогда не жаловались на свои ранения и не чувствовали усталости. Иво прокрутил в голове свои последние приключения. Как же все произошло? Присутствие в этом мире было невозможным для него. Если бы он каким-то образом пересек три тысячи световых лет, а то и больше, все равно он не смог бы очутиться в прошлом Земли. В будущем – да, в настоящем – возможно, в прошлом – никогда. Прошлое ушло безвозвратно, и всевозможные путешествия во времени порождают неразрешимые парадоксы. Он не может физически участвовать в событиях прошлого, не изменяя историю, а это уже само по себе означает, что это не прошлое. Вот почему прошлое недостижимо.
– Спешу, барыня, – ответил он на основной частоте и поскакал на зов. Гарольд полагал, что при ходьбе будет очень неуклюж, но в жизни все было иначе. Ощутив тело в действии, он пришел к выводу, что при прочих равных условиях стал бы чемпионом по ходьбе на Земле.
– Позвольте задать вопрос. Значит, вы говорите, что луч света, проходя между телами в космосе, слегка искривляется. Но насколько я понимаю, в космосе вряд ли есть дырки, в которых нет гравитации, слишком уж много там звезд и всякой пыли, и все поля, даже самые маленькие, вызывают возмущения на бесконечности. Ваш луч претерпевает множество таких изгибов, может, тысячи и тысячи на пути к вам. Как же потом разобраться, где какой изгиб? По-моему, лучше воспринимать свет таким, как он есть и смотреть в обычный телескоп, там, по крайней мере, все ясно.
– Вы имеете в виду планету Сатурн? Вы правы, это была беспилотная миссия в 1977. Планировалось пройти за один раз мимо четырех газовых гигантов. Сейчас аппарат приближается к Сатурну, а завершит полет у Нептуна, через шесть лет. То же самое относится к параллельному конкурирующему советскому полету [[2] - Напоминаем читателю, что Пирс Энтони завершил свой роман в 1969 году. Речь идёт о станции «Вояджер-2». Станция была запущена в 1977 году и 25 августа 1989 года в 3 часа 56 минут прошла на расстоянии 4900 километров от поверхности облачного слоя Нептуна, передав фотографии планеты. СССР так и не удалось осуществить подобный проект. Конечно, в 1969 году автор всего этого знать не мог.], разумеется.
– Я представляю самого себя. Я только констатирую факты, которые настолько очевидны, что говорят сами за себя. Ваша недальновидность погубит вас. Вы истощаете друг друга в войнах, в то время как волки внимательно смотрят на вас и ждут подходящего момента, чтобы растерзать. Самый лучший выход для вас – заключить союз со Львом, даже если для этого придется принять их условия – и тем самым хоть немного оттянуть конец вас, как державы.
Одновременно произошли резкие изменения в грудном отделении. Мембраны, закрывающие грудную клетку, сперва поддались и опали, легкое схлопнулось, и под ребрами образовалась пустота. Мускулы на этой стороне расплавились, обнажив ребра и пространство под ними.
Он уже давно не работал на таких малых расстояниях, но был уверен, что при правильной настройке макроскоп может принять, что угодно и где угодно, хоть свое собственное изображение. Правда, для малых расстояний разрешение падало – слишком сильный сигнал был хуже, чем слабый. Он установил самый первый диапазон и сфокусировал макроскоп на Тритон.
Последние две строфы он прочитал с некоторым раздражением, в финикийском переводе была утрачена рифма и размер. Он ждал ее реакции, но ничего не последовало.
Раздраженный, Иво прекратил беседу. Ключевая фраза, которую произнес Гротон, сказала Иво все, что он должен был знать на этот момент, а вытягивать из человека ничего не значащие ответы было не в его стиле.
– У шестнадцатилетнего подростка рефлексы лучше, чем у многих взрослых, и он лучше может разбираться во всех системах автомобиля – начиная от электроники и кончая гидравликой, но все равно, худшего водителя не сыскать. Нужно больше, чем просто способности и знания, нужны самообладание и выдержка. Очевидно, Шену не хватает ни того, ни другого.
Как показали Гарольд и Беатрикс, нормальный человек не просыпается после такого сна. Очевидно, это и был последний тест: разум, который переживет видение и вырвется их стасиса, получает право идти дальше. Человеческий разум не обладает такой способностью. Даже Шен попал в эту ловушку.
Прошло уж очень много времени с тех пор, как они видели каких-либо живых существ, кроме друг друга, поэтому это открытие становилось таким значимым.
– Нелепейшая мысль, что если женщина отдается, то это означает, что она любит, интеллектуально или физически. На самом то деле, она только принимает подаяние от мужчины и больше ничего.
Боковое зрение выхватило на поверхности воды какой-то предмет, и она, вздрогнув, повернулась к океану, хотя и уверяла себя, что это просто кусок дерева качается на волнах. Она побежала опять, но боли в боку быстро умерили ее пыл.
й– На самом деле мы не спускаемся, просто так быстрее, чем вводить точные координаты станции. Хотя на больших расстояниях я и не пытался бы проделать подобное.
– Где-то так, – согласился Гордон, опять не поняв шутки. – Здесь находятся почта, телефон, банк, больница, завод по очистке сточных вод, электростанция, вокзал, кафетерии, склады, офисы...
Гарольд Гротон вышел из восстановления так же, как и раньше – никакой тошноты или обеспокоенности, только небольшой стресс, так сказать, внутренняя перегрузка.
Когда, после исчезновения сигнала Странника, Смута закончилась, рабы навсегда остались в чуждом им мире. Но белые, не имея возможности продолжать завоевания и совершать пиратские набеги, вынуждены были вплотную заняться планетарными делами, и в их обществе постепенно начали набирать силу либеральные настроения.
Но во всем этом была своя положительная сторона – возрождение цивилизации после ухода Странника. Шли активные приготовления ко Второму Вторжению. Предполагалось, что удастся уменьшить ее губительные последствия. В исторической перспективе разрушитель выступал как ураган, не позволяющий дикарям использовать их новые катера. Многие погибли, пытаясь выйти в море – но это все же было меньшим злом, чем вакханалия времен Первого Вторжения.
– Может быть. Система защиты не пропускает опасные для жизни виды излучения – за всем следит компьютер, но она не может защитить наш мозг от опасной информации.
Теперь его большой сырой талант созрел, и рождалось настоящее мастерство. Он решил в качестве первой попытки выбрать партию флейты, внимательно прислушивался к словам песни, по мере рождения музыки. Он оставался самим собой, а не был Сиднеем Ланье – всему свое время. Нужно начать с чего-нибудь попроще. Первая попытка...
Галера была совсем близко, и он мог рассмотреть все детали: корпус из темно-коричневого дерева, ряды отверстий для весел, а над ними – квадратные окна с дополнительными уключинами. Нос был практически вертикальным, без украшений, возле ватерлинии он изгибался вперед и плавно переходил в массивный шестифутовый рог, рассекавший океанские волны, а при случае (Иво в этом не сомневался) и вражеские корабли. Корма загибалась вверх как лебединая шея и обрывалась на высоте двадцать футов над ватерлинией. Кормовая уключина была гораздо больше остальных, в нее было вставлено большое весло, напоминавшее лопату, насаженную наоборот на черенок. Борт корабля выше ряда весел состоял из перемежающихся деревянных и плетеных панелей, а завершающий его ряд разноцветных щитов придавал галере довольно внушительный вид.
И все же, это была жилая квартира, в которой, должно быть, кому-то удобно, если не человеку, то существу, несколько отличающемуся от него формой.
– Генетические данные, окружение, статистика – все указывало на то, что в группе появятся гении. Обучение шло каждый день, оно начиналось в раннем возрасте, как только ребенок начинал реагировать на внешние стимуляторы. Может быть и раньше, не помню. Нас кормили согласно особой диете и защищали от всех известных болезней, постоянно стимулировали умственно и физически. Думаю, воспитателей было не меньше, чем детей, но мы видели их только на уроках. Почти все могли писать и читать уже в возрасте трех лет – даже самые отстающие.
Наконец они вплыли в помещение макроскопа. Здесь поддерживались постоянные температура и давление, необходимые для нормальной работы чрезвычайно чувствительной аппаратуры и компьютера. Они сняли скафандры и принялись за работу. Их не беспокоил уже разрушитель, так как Иво знал, как защищать мозг от него. Гротон, после нескольких пробных экспериментов установил, что он не восприимчив к нему, если только не сильно сосредоточивается.
– Наш первый прыжок был лет на сорок, в 1930 год, – сказал Гарольд. – Второй – почти на три тысячи лет, как мы выяснили, в 930 год до нашей эры. Разница в 2800 лет, но фактически прыжок получился подальше, пространственно, мы ведь оказались на другой стороне Земли. Затем прыжок наискосок, еще на сорок лет, в 890 год до нашей эры. Дело приняло серьезный оборот, здесь мы уже немного заблудились. И наконец прыжок в 975 год до нашей эры, еще один, в то же время – мы просто скользнули по изгибу какой-то петли, никуда не двигаясь. Но, очевидно, Шену это что-то говорит.
Нептун захватил Тритон своим чудовищным притяжением и потащил его в газообразное чрево. Гравитационные возмущения, вызванные спиральными движениями спутника, породили настоящую бурю в атмосфере бога морей. Крошечная ледяная луна – Шен – пропала в этом бурлящем океане газов и больше не появлялась. Тритон утратил свой спутник незадолго до того, как исчез сам.
– Я, должно быть, тебя неправильно понял. Насколько я представляю, наша Галактика, Млечный Путь, имеет в поперечнике около ста десяти тысяч световых лет, а мы находимся на расстоянии тридцати пяти тысяч световых лет от центра. И ты утверждаешь, что можешь получить изображение один к одному планеты, которая вращается вокруг звезды, находящейся за, ну скажем, сорок тысяч световых лет от нас.
Она оценила ситуацию с точки зрения физических возможностей: одежда не будет мешать ей двигаться, у нее превосходная реакция и хорошо поставленное дыхание. Она в свое время могла оценить мускулатуру тела Иво/Шена и нашла ее не очень впечатляющей.
– Это сферическое излучение. Другая неожиданность. Мы привыкли считать, что в целях экономии энергии любая передача на большие расстояния должна быть направленной. По-видимому, это цивилизация II-го уровня.
– Я и забыла, вы уже в скафандре, – сказала Афра. – Я соберу для вас кое-какую одежду – так будет быстрей. – Она повернулась к Гротону. – А вы давайте на Джозеф.
Они уже были далеко за Джексонвилем, стройные пальмы встречались чаще, правда, еще было больше южной сосны. Плакат вдоль дороги гласил: «Св. Августин – старейший город в Америке – следующий поворот на восток». Иво подумал, что здорово было бы путешествовать по свету и не встречать постоянно докучливую коммерческую рекламу, но ему было известно, что существовало промышленное и другие виды давления, которые заставляли постоянно пересматривать допустимые виды рекламы на плакатах вдоль федеральных дорог. Мотели, станции заправки и зарядки батарей, рестораны и другие предметы общественного интереса (выражаясь языком частных предпринимателей) – все это казалось вначале оправданным. Но стоило появиться прецеденту, и моральная эрозия превратила в предметы общественного интереса даже крепкие напитки, легкие галлюциногены и женские гигиенические средства.
Иво принесли грубое войлочное одеяло и отвели на нижнюю палубу, где он чуть было не задохнулся, так как воздух был насыщен запахом пота голых тел гребцов. Вонь стояла ужасная, но было тепло, и потому терпимо. Вскоре он начал ощущать свое тело, в которое возвращалась жизнь.
Каждый прыгнул в определенную точку пространства и превратился в излучение, причем разум постоянно работал. Физические синапсы превратились в волновые, мыслью стал процесс интерференции отраженного излучения с основным потоком.
Примадонной был Шен. Знаки мало интересовались полом обладателя. Афра не могла сказать, каков ее символ на сей раз, видимых трансформаций не произошло, не считая того, что она была захвачена ощущением истины – личной, галактической, вселенской, и этого было вполне достаточно. Шен, пускай он ребенок, вполне мог сойти за вершину первого этапа эволюции Homo Sapiens'а, – но будущее человечества не за ним. Точно так же, как морская звезда, в которую превратился Брад, была тупиковой ветвью эволюции, логическим завершением бесплодной попытки одного из видов развиться, приспосабливаясь к сиюминутным и специфическим внешним условиям. Человеку суждена была другая судьба. Его будущее не в развитии технологий и удовлетворении материальных потребностей, но в духовном развитии и социальном совершенствовании общества. Возможно, пройдут миллионы лет, прежде чем человечество достигнет зрелости, но, по галактическим меркам, это лишь миг. Сейчас Человек стоял на пороге взрослой жизни, он был уверен в своих силах и видел свое будущее.
Вид работ изменился. Теперь экскаваторы вгрызались в литосферу Тритона в месте, в котором гравитационной линзой было скомпенсировано поле притяжения планеты. Шахта углублялась с каждым днем, стены ее укреплялись толстостенными металлическими трубами. Бурильный комбайн продвигался со скоростью чуть больше десяти миль в сутки, выработанная порода – куски скал, щебень, – подымались каменным гейзером в нулевой гравитации и оседали на границе с нормальной гравитацией, образуя огромный вал вокруг шахты.
Нептун сжался, его бурная атмосфера замерла. Все начало быстро уменьшаться. Стороннему наблюдателю показалось бы, что он удаляется от планеты со скоростью сто тысяч миль в час.
– Она вернула этим Алияна и посадила его на трон Мота. Вот почему осень сменяет лето с тех пор каждый год. Когда Анат убила Мота, люди смогли собрать урожай.
– Если процесс сработает, то нам рано или поздно придется это с ним проделать, а если нет – то что за жизнь он теряет? Как вы правильно заметили – не до милосердия.
Под присмотром офицера рабы сняли часть досок с нижней палубы и стали доставать продукты: караваи черствого хлеба, меха, наполненные вином. Рулевой отлучился наверх и вернулся вскоре с двумя копчеными козлиными ногами, одну из них он отдал офицеру, задававшему ритм гребли. У чинов здесь тоже были привилегии.
– Может из-за того, что ему очень был нужен Шен. Он знал, что я не выйду из игры, пока Афра рядом, и Афра не выйдет из игры, пока он рядом. Он даже столкнул нас лбами, чтобы вирус надежно укоренился. Заставил ее провести меня по станции... Много ли нужно, когда рядом такая девушка. И я только сейчас понял...
– Ну на ней можно далеко улететь, если дозаправить. Это Джозеф – наш аварийный корабль. Достаточно мощности, чтобы быстро улететь отсюда, если вдруг понадобиться. Но я лично считаю космос более безопасным местом, чем перенаселенная Земля, которая трещит по швам. Джозеф, собственно и притащил сюда скоп. Теперь он почти на пенсии, но не отправлять же старика домой порожним.
Они сидели здесь, работали с макроскопом и шпионили за ней, в то же время галактический сигнал проходил на ее дополнительный экран. Все происходило одновременно, об этом свойстве макроскопа Иво раньше не знал.
Эта школа не могла одновременно занять все классы и часть начальных классов была распущена по домам, тем не менее казалось, что школа набита детьми. Мальчишки визжали и носились по коридорам, швыряли на пол книги, сбивались в шумные кучи; было очевидно, что никто не может призвать их к порядку. Когда Иво с другими добровольцами ожидал инструктажа, прямо на пороге одного из классов разыгрывалась довольно неприличная любовная сцена, однако проходящие учителя делали вид, что не замечают этого. Иво просто забыл, насколько физически зрелыми бывают шестнадцати– и семнадцатилетние девушки. Два мальчика принялись драться прямо перед кабинетом директора, тот лишь высунул голову и крикнул: «А ну, прекратите» и гневно смотрел на них, пока они не убежали. Любовники прервали свое занятие только для того, чтобы отойти к дальнему дверному проему, где продолжили свои любезности. В общем, царил полный хаос.
В несколько напряженных минут вместилось еще несколько миллиардов лет. Топливо кончилось, и Солнце распухло, превратившись в огромного красного гиганта, в сто раз больше звезды, которую они видели до этого.
Это была беспрецедентная наглость, но Дрон ничем не мог себе помочь. Он скоро потеряет благосклонность Королевы, и рабочие это знали. Пройдет еще немного времени, и его вышвырнут отсюда, а рабочие будут получать высочайшее наслаждение, проходя мимо него, подыхающего с голоду, даже не повернув головы. Сам он не сможет добывать себе еду, только рабочие могут ее принести – он и Королева знатные особы, о которых следует заботиться. Тело напряглось в бессильной ярости.
– Вы когда-нибудь задумывались, – спросила она Шена, – над сутью парадокса Странника? Над той единственной его особенностью, которая отличает его от всех прочих макронных передач, и свидетельствует о том, что III тип технологии, это не только количественный, но и качественный скачок?
Жилищем Ковонова была комната на уровне с высокой гравитацией, – Иво нашел, что это хороший способ отваживать надоедливых визитеров, любой кто находится здесь слишком долго, быстро утомлялся. Недолгое увеличение веса легко переносимо, но длительная доза должна быть малоприятна. Интересно, как переносит этот сам хозяин?
– Верю, что вы инопланетянин, причем очень мерзкого вида, – прогундосило существо. – Если у вас есть ораторский талант, предлагаю вам за три минуты попытаться убедить меня в том, что мне не стоит превращать вас в пар прямо на том месте, где вы изволите стоять своими отвратительными мясистыми щупальцами.
– Ты, конечно, не имеешь в виду все эти точки-тире, 2*2, изображения солнечной системы? Мне не нужны подробности, но это с соседней планеты? Ультиматум? Нам предлагают сдаться?
– Основное вы поняли. Но ведь у нас имеются объекты помассивнее Шена, и есть возможность создать необходимое оборудование. Ведь чем больше масса, тем все технически проще, так как степень сжатия меньше. Таким образом...
Но, с другой стороны, если вдруг победит она – ведь, теоретически, у нее равные с Шеном шансы, для победы ей нужно лишь собрать в кулак свою волю, все свое терпение – что выиграет она?
Правда, вопреки ожиданиям Гротона, им пришлось пройти деструкцию – иначе такую дистанцию было не преодолеть. Но процесс уже стал привычным и даже просто рутинным. Они восстановились в бодром настроении и в одной световой секунде пути от одного из спутников. Представлялось разумным посетить сначала одного из слуг, а уж потом хозяина.
Шен вернулся на свой корабль, задраил все люки и вошел в камеру деструкции. Система управления деструкцией предупредила его прерывистым писком – до включения луча оставалось десять секунд...
Крошечные лодки казались неприспособленными для поездок в открытом море, но Айя заверила его, что это лучшее, что можно придумать для двоих человек, которые хотят незаметно улизнуть на материк. Она забралась в одну из лодок, футов шесть в диаметре. Он последовал за ней, и они попытались грести. Уключинами для весел служили деревянные рогатки, привязанные к бортам; он работал одним веслом, а она другим.
– Все говорит за то, чтобы остановить ее грубой физической силой, – сказал Гротон и пожал плечами. Но ни Иво, ни Беатрикс не решились участвовать в голосовании.
– Зависит от ситуации. Обычно это так, поэтому в примитивных гороскопах прежде всего рассматривается Солнце, но это все равно, что утверждать, что мозг важнее сердца. Кстати, Овен управляет мозгом. Но нужно учитывать и другие обстоятельства. Например, в случае Афры Марс имеет большой вес, и, по-видимому, она столь же пылкая натура, как и Шен. Но комбинация Солнца, Луны, Меркурия в знаке Козерога оказывает огромное давление на Землю – в общем, не хочу вдаваться в субъективные толкования. Это расположение называется ВЕДЕРКО, и находящийся в ручке Марс означает наличие особой способности или важной области интересов. С этой точки зрения гороскоп говорит об инициативе и исключительной самодостаточности человека.
Приготовления Афры приближались к концу. Это можно было сказать по тому, как она напевала у себя в лаборатории и по выражению ожидания на ее лице, хотя она и избегала прямых ответов.
Третья фигура представляла из себя цилиндрический сегмент, по размеру сравнимый с конусом и закрытый с торцов плоскими дисками. Он был тверд и легок, серебристая поверхность матово отсвечивала. Афра повертела экспонат в руках.
Афра восхищенно смотрела на него, она еще ни разу не слышала его игры. Неужели это было самой серьезной его ошибкой? То, что он скрывал от нее свой талант?
– Основное вы поняли. Но ведь у нас имеются объекты помассивнее Шена, и есть возможность создать необходимое оборудование. Ведь чем больше масса, тем все технически проще, так как степень сжатия меньше. Таким образом...
Корабли Льва все еще кружились вокруг предполагаемого места появления парламентариев, в то время, как основная часть флота уже мчалась на всех парах к Шену. Они думали, что его планетоид также участвует во вторжении, и на самом деле так оно и было. Спасло Шена то, что он находился в обусловленном месте очень мало – планетарные орудия кораблей просто не успели захватить цель.
Заметая следы, Шен препарировал тело так, чтобы оно напоминало его собственное, но сильно изувеченное. Затем он устроил впечатляющий «несчастный случай» с пожаром и, таким образом, завершил свой замысел, заняв ее место в сообществе участников проекта. Так он стал Иво, и еще умудрился как-то исправить документацию и окончательно запутать взрослых, которые ни о чем не догадывались, хотя постоянно подглядывали.
Приближение к комплексу разрушителя. «Они следят за нами!» Его дурацкая ревность к Гарольду Гротону, вновь в его сознании образ этого человека заменяет безликая фамилия. Возбуждение Афры на выставке элементов. Последняя комната. S'. Вращаются колеса, из символов сплетается «Симфония». Одновременные и хронологически разделенные события из галактической истории. Шен: «Они и наших дочерей заберут». Беатрикс: «Ты не ошиблась...» Гарольд: «Я думал, что унизительно служить под началом Дрона».
– Давайте, я все четко изложу. Вы рисуете знаки созвездий, – только тех, которые входят в узкий пояс зодиака, игнорируя при этом оставшуюся часть неба, – затем планеты – только Солнечной системы, которые восходят в момент рождения человека, – и затем заявляете, что с помощью этой галиматьи вы способны предсказать всю жизнь человека, включая несчастные случаи и деяния Господа, и что за соответствующее вознаграждение вы предупредите его, в какой день ждать беды и какие акции покупать, – и вы утверждаете, что в этом нет ничего неестественного или, как минимум, непорядочного?
– ...пошел добровольцем. Полагаю, что многие инженеры были такими же наивными, как я. Но компания, на которую я работал, – не забывайте, это было в 67 или в 68, недолюбливала бастующих учителей, и предложила всем желающим попытать счастья в новом деле, предоставив оплачиваемый отпуск. И, естественно, временная зарплата в школе, вдобавок. Многие из нас, инженеров, решили показать этим диссидентам, что мы, в отличие от них, ценим школьную систему и не позволим ее разрушить, и пусть бастуют хоть целую вечность. В конце концов, все мы имели образование не хуже, чем они, так как каждый был бакалавром либо магистром, а то и доктором в своей области плюс большой опыт практической работы. Так мне, по крайней мере, казалось в двадцать семь лет.
– Вряд ли они думают о Земле. Не забывай, мы далеко в будущем для них. Не сомневаюсь, что сейчас они все вымерли.
Он был согласен идти с ней куда угодно и зачем угодно. Неопределенность будущего человечества отступила на второй план перед Афрой. Хотя бы ненадолго он был в ее обществе, и ее внимание принадлежало ему, пусть даже их встреча случайна. Было просто приятно идти рядом со столь красивой девушкой, и он надеялся, что идти придется долго.
– Теперь все уверены, что владеют способом обхода разрушителя? Необходимо каждый раз знакомиться с ним за несколько часов до процесса трансформации.
Войдя в Джозеф, Иво увидел связанные и уложенные коробки – припасы, о погрузке которых побеспокоилась предусмотрительная Афра. По-видимому, все было спланировано заранее.
Это был еще один непонятный и противоречивый момент, касающийся разрушителя. Иво уже утомился от нелепостей и противоречий ситуации и решил просто воспринимать все как есть, как это делали другие.
Ее взгляд зацепился за человека, стоящего в ближайшей очереди в кассу. Нижняя часть его лица была закрыта шарфом, как в сильные холода, хотя температура в магазине была вполне приемлемой, на голове этого человека сидела лихо заломленная шелковая шляпа. Одну руку он погрузил в карман, словно рылся в поисках мелочи. Что-то было в нем знакомое.
Итак, он стоял перед тридцатью пятью студентами старшего инженерного класса. Они вели себя довольно спокойно и внимательно слушали его. Но это было затишье перед бурей. Что же сказать вначале? Как сломить лед?
С каждым проходом он все глубже погружался в программу, остерегаясь отчаянного броска в ее бездну. Необходимо было только контролировать свои эмоции, держать их в руках и не позволять программе завладеть сознанием. Он уже почти возвел преграду для разрушителя...
– Я знал, что тебе не понравится, Иво. В душе ты чертов пуританин и боишься всего, в чем видишь слишком много удовольствий, и вообще, я не в состоянии понять, почему ты здесь, в космическом веке, а не в Конфедерации Южных Штатов, в девятнадцатом. И все же мне твое общество больше по душе, чем компания Шена, и я бы ни на дюйм не вторгался в мир твоих поэтических и архаических фантазий. Но дело в том, как это ни прозвучит банально, что речь идет о безопасности всего мира. Дело срочное. Если бы твоих неординарных способностей было достаточно...
Последний участок путешествия был рутинным. Машина двигалась по федеральным дорогам на автопилоте со скоростью почти сто миль в час, окружающие дорогу болота с кустарником казались довольно монотонными.
Он теперь тоже принадлежал к их виду, и почувствовал влечение, несмотря на сидевшего внутри Homo Sapiens'а. Ну что ж, другая культура, другие нравы.
– Получай, крошка, – произнес он, положив пальцы на инструмент, – твой восходящий – Телец 15 – завернувшийся в шарф человек с экстравагантной шелковой шляпой на голове.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site22.html on line 348

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site22.html on line 348

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site22.html on line 354