ОСУЩЕСТВИТЬ СВОЙ ЗАМЫСЕЛ

Основой должно было стать регулярное полное медицинское обследование каждого, причем предметом особого внимания было состояние здоровья семьи, а не отдельного индивидуума. Но насколько применим этот подход к каждой семье?
Гротон закончил одевание Иво и начал сам натягивать скафандр. Урывками, в промежутках между движениями, он изложил Иво политическую обстановку, как ее видел человек, который сам не беседовал с сенатором. Эта альтернативная точка зрения показалась Иво любопытной.
– Спраут – это интеллектуальная игра, вот уже много лет она популярна в научных кругах. Существует несколько вариантов, но сейчас мы воспользуемся первым, он по-прежнему остается самым лучшим.
– По-видимому, создатель разрушителя не против жизни вообще, – сказал Брад. – Это селективное средство. Действует только на развитые цивилизации, создавшие космические технологии и макроскоп. На «дальнобойщиков». Мы в безопасности, пока не достигнем определенного уровня.
Афра явно осталась недовольной, но молча влезла в шорты и надела свежую блузку. Она не утруждала себя бюстгальтером при четверти нормальной гравитации.
Женщина прикрыла вход и провела его в маленький внутренний дворик. Она была молода, рост ее значительно превышал средний для этих мест. Черты лица были правильными, свободный плащ не мог скрыть ее роскошных форм. У Иво мелькнула мысль, а не с проституткой ли он столкнулся? В таком случае, как только она обнаружит, что платить ему нечем, он окажется в лапах стражников.
– Это мистер По написал. Я раньше думала, что он итальянец, ну из-за той речки. То есть, я хочу сказать, он написал поэму об Анабель Ли. Я заучила стих, потому что плакала, прочитав его.
Он прикоснулся к ее лобковым волосам и легонько скользнул ладонью по ним – проводить внутренний осмотр не было оснований, по крайней мере, никак не больше, чем для исследования внутренностей носа, уха или рта. Ее ноги были немного расставлены, и его ладонь прошлась по внутренней стороне бедра, потом опять вверх, по выступам бугорков лимфатических узлов. Затем вниз, вдоль больших мускулов ноги, находившихся под большим напряжением, чем на руках, вниз к коленям, гораздо более изящным, чем его собственные. Икры были еще более напряжены, и когда он сжал одну ногу, Афра несколько сместилась, сохраняя равновесие. Узкие голени, сухожилия разбегались вниз к ступне. Высокий свод стопы, маленькие, но сильные пальцы. Когда он приближался к последнему этапу своего осмотра, один из пальцев ноги дернулся вверх, – прощальный салют, и внезапно его смущение, было ушедшее, вернулось вновь.
«Чувство и партнерство», – сказал он самому себе, сверившись со списком. Найдя нужное место в книге, он прочитал вслух: «...в лучших своих проявлениях способен найти общий язык с любыми людьми, в худших – слишком сильно переживает кризисы жизни». Он вспомнил, что интерес Беатрикс к музыке, поэзии, который она разделяла с ним, проявлялся лишь в минуты, когда возникала потребность в общении и участии. Он припомнил также, как болезненно реагировала она на все капризы и импульсивные порывы Афры.
– Это называется съезжать на скорости девяносто пять миль в час, – заметил Иво, взглянув на спидометр после часа молчания. Тяжелая голова Гордона повернулась к нему, он непонимающе нахмурился.
– Это было не мое дело. Я думаю, что Шен хотел жить сам по себе, а не быть подопытным кроликом. Вот он и спрятался там, где его никто не мог найти. Плохая рыба.
Шен опять улыбнулся. Задумано все было очень просто. Но командование Овна недооценило проницательность инопланетянина, решив, что он принял свое липовое назначение за чистую монету. Они разыграли липовое заседание кабинета, вынесли липовое решение, в то время как военные приготовления шли полным ходом. На самом деле у них и в мыслях не было капитулировать, и, скорее всего, не было настоящего ультиматума. Эту акцию они, должно быть, готовили десятилетиями.
За экспозицией элементов коридор опять шел под уклон. Иво принялся размышлять о проблемах температурной стабильности. Ведь резкие температурные изменения могут повлиять на некоторые экспонаты, так, твердое тело может превратиться в жидкое, а жидкость – в газ. Температура, как многое другое, была приспособлена для человеческих существ. Даже в обстановке были учтены человеческие пропорции, пример тому – ниши, удобные для хранения скафандров.
– Да. Это, по всей видимости, общая проблема – выживание при сильных перегрузках. Об этом можно узнать из внегалактической передачи, но все довольно сложно.
Сесть на электрический стул и не погибнуть. Частично остаться невеждой перед потоком информации разрушителя. Взять мед и избежать пчелиного жала...
Хотя прошло три дня, для Иво все еще было внове спать на мягкой современной постели, не страдать от раны в плече и пореза на ладони. Он слишком сроднился с тем, древним миром, слишком многое там пережил. Тогда у него была одна мысль – поскорее выбраться, а сейчас он сожалел, что покинул тот мир, и это чувство казалось ему каким-то извращением. Неужто душа его жаждала античных приключений?
– Здравствуйте, доктор Джонсон, – бросил Брад проходя. Патриарх проводил его взглядом. – Здравствуйте, доктор Смит, доктор Санг, мистер Холт, доктор Карпентер.
– Ваша трактовка интересна, – сказал Гротон, задумавшись о чем-то своем. – Но, вспомните, есть и другое толкование этих символов.
Иво вышел и понял, что у него не хватает мужества осуществить свой замысел. В глубине души он был упрямым, но мужественным – нет. Его запястья коснулась необычно твердая рука. Грубые черные волосы пробивались на центральных фалангах трех пальцев.
– Приблизительно так Солнце, искривляя пространство, притягивает Землю, если отвлечься от двумерности рисунка. Как видите, малые объекты стремятся скатиться к большим, если они не вращаются, и центробежная сила не уравновешивает притяжение. Земля, в свою очередь, тоже искривляет пространство и точно так же притягивает близлежащие тела, и ее гравитационное поле формирует их орбиты. Вселенная, как целое, искривлена и имеет сложную конфигурацию, так как гравитационное взаимодействие дальнодействующее, и нельзя пренебрегать влиянием даже малых масс. Обычное понятие «силы» неприменимо к гравитации, это просто свойство материи. Гравитационные поля есть повсюду, правда, они интерферируют, и могут сильно меняться. Есть еще вопросы?
Иво посмотрел на сидящих людей. Доктор Джонсон был благообразным стариком, с волосами и бровями цвета стали, глубокие морщины вокруг глаз говорили о сильном характере. Он напряженно смотрел в одну и ту же точку, будто решал какую-то сложную головоломку.
Третья фигура представляла из себя цилиндрический сегмент, по размеру сравнимый с конусом и закрытый с торцов плоскими дисками. Он был тверд и легок, серебристая поверхность матово отсвечивала. Афра повертела экспонат в руках.
– И ты называла меня незрелым индивидуумом, – воскликнул Шен и захохотал. – Ты, должно быть, здорово позабавилась, когда я подмешал немного жизни в беспросветную серость, которой был Иво. Ты – стопроцентная БАСП – белая англо-саксонская протестантка хотела провести психоаналитические тесты на мне, в то время, как я отсутствовал. Но ты не учла присущую роду человеческому агрессивность – это та черта, которая привела человека к господству на Земле. Так что можешь называть меня ЧАСП, если тебе легче оперировать подобной терминологией.
– А знаете, – задумчиво произнес Иво. – Ланье верил, что музыкой и поэзией управляют одни и те же законы, и он пытался доказать это своим творчеством. Действительно, его современники говорили, что в игре Ланье на флейте есть поэтическое вдохновение, в то же время, его стихи несут в себе гармонию великой музыки. Он даже...
Она не ответила, и Иво приступил к работе. Теперь перед ним была нарисованная компьютером система координат, которую он мог перемещать и поворачивать. Солнце было представлено в виде светлого кружка, планеты изображались как разноцветные точки, движущиеся по соответствующего цвета штрих-пунктирным орбитам, так же обозначались и орбиты всех спутников.
– Вы решили не отвечать? – спросил Маттан, уж очень мягко. – Кое кто мог бы подумать, что вы пренебрегаете нашим гостеприимством.
Но не забыт. Результаты эксперимента активно изучались в последующие годы, и было выдвинуто заманчивое предложение. Если средний человек болен, а «нормальный» фактически анормален, то заложенные физические ресурсы никогда не реализуются полностью, – что же тогда говорить об умственных? Могут ли должное воспитание и забота превратить среднего человека в выдающегося, а выдающегося в гения?
Посредник способен на многое, если он нетривиален. Борланд доказал, что способен делать дело, занимаясь при этом политикой. Он знал многих и обладал обаянием, – после каждой частной встречи у него появлялись новые сторонники.
Прошло еще несколько часов. Гарольд спал. Беатрикс переживала какие-то ужасные события, кричала «Убейте его!», затем упавшим голосом произнесла «Это же человек», затем затихла.
Неглупые мужчины различных рас должны были сочетаться не с супругой, а с женщиной в пике физической формы, причем обеим сторонам альянса щедро платили за службу. Обязанность на два года, причем болезни и бесплодие не приветствовались.
Иво удивился, когда это Гротон нашел время на эти занятия при таком колоссальном объеме работ, который он выполнил на Тритоне? К тому же, он в чем-то разделял мнение Афры – квалифицированный инженер, а занимается псевдонаукой.
Она провела его в темное здание. Иво пришлось держаться за ее руку, чтобы не потеряться, так внутри не было видно ни зги. Но это было не самым плохим. Больше всего неприятностей доставляли ему протесты органов обоняния.
– Зависит от ситуации. Обычно это так, поэтому в примитивных гороскопах прежде всего рассматривается Солнце, но это все равно, что утверждать, что мозг важнее сердца. Кстати, Овен управляет мозгом. Но нужно учитывать и другие обстоятельства. Например, в случае Афры Марс имеет большой вес, и, по-видимому, она столь же пылкая натура, как и Шен. Но комбинация Солнца, Луны, Меркурия в знаке Козерога оказывает огромное давление на Землю – в общем, не хочу вдаваться в субъективные толкования. Это расположение называется ВЕДЕРКО, и находящийся в ручке Марс означает наличие особой способности или важной области интересов. С этой точки зрения гороскоп говорит об инициативе и исключительной самодостаточности человека.
– Да. Флейта – единственное, что я взял с собой. Ланье поступил бы так же. Думаю, что у меня способности к музыке. Еще одна моя врожденная способность, наряду с логическим мышлением, и хотя я над ней не работал, на флейте играю лучше, чем любой другой.
Заметая следы, Шен препарировал тело так, чтобы оно напоминало его собственное, но сильно изувеченное. Затем он устроил впечатляющий «несчастный случай» с пожаром и, таким образом, завершил свой замысел, заняв ее место в сообществе участников проекта. Так он стал Иво, и еще умудрился как-то исправить документацию и окончательно запутать взрослых, которые ни о чем не догадывались, хотя постоянно подглядывали.
Беатрикс, жена Гротона, была полноватой, улыбчивой женщиной, лет под сорок, с седоватыми волосами и светлыми глазами, вряд ли ее можно было назвать сексуально привлекательной.
«Шен опасен. Никогда не забывай об этом. У него нет принципов. Но есть один способ обуздать его, если очень нужно и подошло время. Сейчас я расскажу тебе, как это делать, но хочу, чтобы ты никому не рассказывала об этом, особенно Иво».
– Вы один-из-тысячи! Тот вид, у которого иммунитет к разрушению... Вы, вы построили разрушитель!.. Зачем вы сделали это? Почему вы считаете, что только у вас есть право на космические путешествия? – И потом: – И мне тоже придется примкнуть к этой стороне? Даже если я не уверен, что согласен с позицией этой стороны?
Ведь где-то должен быть еще один черный. Мужчины не нашли его. Они пошли по следам, но они обрывались в кустарнике. Завтра они планировали поджечь лес и выкурить его из укрытия. Хьюм пояснил, что где-то здесь, уходя от погони, он потерял маску. Хьюм нашел ее, взял руками в перчатках и швырнул в огонь, чтобы черный не смог уже ею воспользоваться. А без маски черный в море не уйдет.
Это было неудобное оружие, так как ручка была слишком мала для уверенного захвата. Ему вряд ли удастся эффективно орудовать таким мечом или защищаться таким щитом. Да он вообще не хотел драться, насилие было противно его натуре. Ведь должен быть какой-то разумный выход в...
На горизонте Иво заметил корабль. Он свернул к нему: большая галера, двенадцать или четырнадцать весел по бортам ритмично уходят в воду. Выходит, они вправду использовали их в древние времена! Парус на мачте был свернут – ветер слабоват. «Хотят, наверное, к вечеру добраться домой», – подумал Иво, и не удивительно, корабль всего лишь сорок футов в длину. По сравнению с современными лайнерами, тысяча футов от кормы до форштевня (Иво грустно улыбнулся, вспомнив каламбур Брада)... Хотя у этой галеры что-то не видно было форштевня... Да даже поставить ее рядом с трехсотфутовым фрегатом...
– Два миллиарда восемьсот миллионов миль в кругу друзей? – сказала Афра, тоже, впрочем, без особого юмора. Иво знал, что пройдут годы, прежде чем они туда доберутся и то по экономичной траектории. Миссия 1977 к четырем газовым гигантам была выполнена лишь наполовину.
Опять появилось изображение придворной дамы, но у Иво перед глазами все еще стоял погибший мир.
– А сейчас, товарищи [[7] - В ориг. comarades], забудем о гипотезах и займемся главной проблемой. Я знаю ваши правительства лучше, чем вы – да, да, даже твое, Иван, – это моя профессия. Также я знаю кое-что о человеческой природе – на практике, а не в теории – следовательно, и о природе внеземных существ. Вы в беде, а я не тот человек, чьи советы вы будете слушать. Но давайте забудем о рангах, объединим наши усилия и попытаемся совместно найти выход. Может быть, мы немного поможем друг другу.
Офицер передал по флоту приказ. Гротон услышал, как офицер связи в пункте управления дает указания отдельным кораблям. К этому времени смысл сказанного Гротоном дошел до тактика, и тот недоуменно переспросил:
Конвульсивным движением пальцев он повернул ручку настройки и, изменив частоту, прервал передачу. Подождал несколько секунд, затем вернулся опять.
Черное подозрение превратилось в уверенность, стоило только над этим задуматься: когда этот человек до него доберется, жизнь уже никогда не будет такой как прежде. Жизнь? Хуже того, в течение часа Иво Арчер исчезнет с поверхности Земли и никогда...
Ноги, руки, туловище – казалось, она натянула на себя синий свитер крупной вязки, который теперь медленно расползался. Иво посмотрел на лицо Афры – оно было расслаблено. Очевидно, первый же импульс излучения усыпил ее, и теперь она была без сознания. Он был только рад этому.
– Давайте разомнемся, – предложил Гротон, когда женщины вошли в рубку. – Испаряющаяся влага замерзнет и прихватит корабль, это не так уж и долго, но все равно нам пока делать нечего.
– В основном я странствовал по Джорджии. Все, кто участвовал в проекте, получили гарантированный доход, по крайней мере, на первое время. Это немного, но мне хватало.
Гротон выглядел напряженным и заметно нервничал, когда Беатрикс надела второй шлем и окуляры, но вмешиваться не стал. Иво подумал, что Беатрикс, конечно, добрая и мягкая женщина, но если уж что-то твердо решила, то с пути не свернет.
– Я знаю о трудностях, но, полагаю, Иво сможет еще раз заглянуть в скоп и выдать нам пару галактических технологий. Это скорее всего типичная ситуация по галактическим меркам, и должны быть какие-то пособия по выживанию. Почему бы нам не воспользоваться?
– Пространственно-временной континуум, – ответил Брад. – Или, по-простому, наша древняя проблема путешествий во времени. Чем дальше наблюдаемая звезда, тем она старше, так как макронам требуется время, чтобы добраться до нас. Это не играет роли, если мы разглядываем Землю, – задержка всего пять секунд. Диаметр нашей Солнечной системы – это какие-то световые часы. Но Альфа Центавра отстоит от нас на четыре световых года, а любопытный монстр Бетельгейзе – кстати, в переводе это – «свекольный сок» – на триста. Планета Санга, населенная цивилизацией хобов, которую я тебе показывал, находится на расстоянии десять тысяч световых лет. Таким образом, наша звездная карта на момент завершения будет верна с точностью десять тысяч световых лет. А галактическая карта будет иметь точность плюс-минус сто тысяч световых лет. Дело безнадежное, если мы не поймем, что необходима четвертая координата – время.
Офицер передал по флоту приказ. Гротон услышал, как офицер связи в пункте управления дает указания отдельным кораблям. К этому времени смысл сказанного Гротоном дошел до тактика, и тот недоуменно переспросил:
Как будто заметив ее замешательство, он остановился – одна нога еще за рингом, рука опирается на канат.
– Я только шел в храм, чтобы поговорить с местными жрецами. Маттан мне так сказал. Допускаю, что тот жрец, которого я встретил, собирался принести меня в жертву, но теперь, надеюсь, все уже прояснилось. Такие маленькие накладки иногда случаются. Я сразу должен был понять, что это какое-то недоразумение.
Пред ней был проход меж горами консервированных продуктов. По одну сторону консервы с бобами: сорта лимо, пинто, флотские, большие северные, вегетарианские, со свининой, с черным горошком. По другую сторону прочие овощи: картофель – резаный консервированный, кукуруза – мягкие хлопья, кукуруза – мягкое зерно, тушеные помидоры, горох – для детей, горох сушеный, свекла резаная. За одним из консервных монбланов стояли корзины со свежими овощами – свежая зелень, крутые красные бока, пышная белизна. Аккуратные и четкие таблички помогали ориентироваться в проходах. Вдали виднелись коробки из консервированных соков, сухого молока, коробок сигарет, мешочков с древесным углем. Штабелями были сложены книги – двенадцать томов дешевой краткой энциклопедии.
– У меня появилась сумасшедшая идея, что, если я смогу найти дорогу к вам, из этого мира в тот, то смогу вернуть вас. Я чувствовала себя обязанной... виноватой, может, это более подходящее слово. Все получилось спонтанно. Мне не давала покоя одна мысль – как то Брад сказал мне кое-что о Шене, но я не сообразила сразу. Я, конечно, не смогла понять сразу, где Шен – мне понадобилось слишком много времени, чтобы сложить два и два. Я подумала, что если Шен победит, то мне... ну, я не знаю. В общем, я должна была что-то предпринять. Я просматривала перевод, когда все спали, и мне пришло в голову, что время настало. Вы вправду всем нам нужны, Иво. Честное слово. Без вас мы не сможем определить наши координаты в галактике. По крайней мере, с требуемой точностью.
Кто он был такой, чтобы заявлять, что происходящее невозможно? Да и утонуть можно было, так и не изложив даже половину своих аргументов. Лучше действовать по обстановке.
– Думаю, он нашел способ обходить разрушитель, – осторожно произнес Иво – Обходить память о нем в моем сознании, да и реальный, наверное, тоже. Думаю, он сможет меня одолеть, и это как раз то, к чему он стремится.
Точно так же, как их кораблю предстояло проскользнуть перед Солнцем на пути к Нептуну и оторваться от кораблей ООН. Еще один общий знаменатель.
Они рискнули – и проиграли. Еще шесть прыжков, и им не удавалось подойти ближе, чем на пять световых лет. Парсек был их лучшим результатом, и они не моли его повторить. Четырехмерное подпространство оказалось очень сложной головоломкой.
– Да, вперед! – сказала Афра с такой яростью, что он даже испугался. Она то и дело напоминала подобным образом, что у нее с разрушителем личные счеты. Она все еще не могла забыть о Браде – принце-божестве, – который умер и не воскрес.
Но все было зря. Как можно допустить Шена к этому колоссальному источнику знания и власти, зная, что аморальное всемогущество Шена будет ничем не лучше тщеславных устремлений сенатора Борланда? Он не мог этого сделать.
Он чувствовал себя совершенно спокойно. Он знал, что завершена серия сложных маневров, и контроль передан от земного центра управления станции, еще, наверное, были промежуточные центры управления – ракета была будто бы палочкой в эстафете. Однако для пассажиров это было незаметно. Даже высадка была скучной; внешне это выглядело, как высадка из вагона метро на платформу на Земле. Иво был разочарован; как какой-нибудь турист, подумал он язвительно.
– Вы проявили достойную уважения верность своей Королеве. Но вы представляете себе, чего будет стоить ваша лояльность вашей цивилизации и другим технически развитым культурам? Вы же достаточно умны, и прекрасно знаете, что эта станция, как и другие в вашем проекте, принесут вред всем нам. Все, чего мы добиваемся, это право путешествия в космосе, но если станция заработает, то лишь один из тысячи сможет иметь это право. Кстати, ни мой, ни ваш вид не принадлежат к избранным. Почему же вы тогда действуете на руку разрушителю?
– Брад называет это – «Спрятанный в Платину Дурацкий Секрет», – тихо сказала она, хотя никого рядом не было. – Так оно и есть. Я имею в виду, что действительно все покрыто платиной. Он это сконструировал, а в мастерских изготовили. Всем очень нравится.
– Но вдруг, после непродолжительной, но довольно интимной связи, выясняется, что американец обманывал ее. На самом деле он был гораздо более образован и умен, но, что самое страшное, вся эта история казалась ей прелюдией к замужеству, а для него была лишь мимолетным развлечением. Более того, он решил передать бремя ее благосклонности и внимания одному своему знакомому. И вот она оказалась уже человеком из самого низшего класса, который только могла представить – так называемый белый раб.
Она вернулась к товарищам и, не сводя глаз с Иво и его призрачного оркестра, стала незаметно засыпать. Когда все это закончится, нужно будет обсудить с ним кое-какие вопросы. Ведь он... его талант...
– Ну вот, это наш мир, – неуверенно произнесла Беатрикс, когда они вернулись на модуль. – И что нам с ним делать?
– Понимаю, – сказал Маттан, глядя на то, как уголь Иво вычерчивал полуостров, который впоследствии станет Флоридой. – И каким образом вы путешествуете туда?
С этой точки ясно был виден узор звездных скоплений, из которых появилась галактика – согнутые рукава, протянутые из центра, лопасти из раскаленной материи, берущие начало в клубке звезд и оканчивающиеся в черных пылевых безднах на краю. Эти лопасти оказались вовсе не ровными и не плоскими – они поворачивались то ребром, то плоскостью, напоминая то ли ленту Мебиуса, то ли геликоид галактической молекулы ДНК.
Планетарный модуль одиноко стоял в двух милях от колонии. Они неуклюже побежали к нему, еще находясь в поле 1G. Через сто ярдов гравитация упала до уровня чуть ниже нормального для Тритона. Гравитационная линза фокусировала поле с поверхности Тритона площадью сто квадратных миль на участок в несколько сот квадратных ярдов, уменьшая гравитацию в окружающем пространстве и увеличивая ее в нужном месте. Невозможно было бы полностью убрать гравитацию в какой-то точке или увеличивать ее без предела – это устройство являлось скорее распределителем, а не усилителем или экраном. Иначе пришлось бы задействовать гораздо более энергоемкие процессы, но, как сказал Гротон во время одной из консультаций, крайности нам ни к чему. Сильный гравитационный дисбаланс мог бы уничтожить атмосферу и большую часть поверхности Тритона, а то и вообще изменить его орбиту. К чему такой риск?
Похоже, ему не доплыть. Он все еще был немного впереди, но его продвижение было недостаточно быстрым и, к тому же, замедлялось. Руки совсем окоченели, и он поплыл по-собачьи. Через несколько минут корабль пройдет мимо него, покажет корму, а он, окончательно выбившись из сил, утонет. Вернется ли он после смерти здесь на базу, находящуюся в недрах континента Тритон на Нептуне, где над равнинами сжатой материи ревут метановые штормы. Или это просто будет конец?
– Как раз это я и имел в виду. Мое упрощенное объяснение натолкнуло вас на неправильный вывод. Вы сами сможете сказать, что это не Афра, взглянув на ее гороскоп – первый дом пуст. На самом деле, это Беатрикс.
Афра внимательно следила за Иво, ожидая его пробуждения. Он сел на пол и уставился куда-то бессмысленным взглядом. Затем поднял голову, сделав это решительно и резко, совсем не походе на Иво. И прямо посмотрел на нее.
Не очень-то, решил он. Лев попытается надуть его, так же, как это сделал Овен, следуя по традиционному для правительств всех времен и народов пути – лжи и предательства. А международная вражда будет идти своим чередом, планеты каждой из сторон будут вращаться вокруг светила своего противника, а население страдать от непривычного излучения звезды. Настоящую награду посредник получит только тогда, когда ход сделает какая-нибудь империя.
– Наш первый прыжок был лет на сорок, в 1930 год, – сказал Гарольд. – Второй – почти на три тысячи лет, как мы выяснили, в 930 год до нашей эры. Разница в 2800 лет, но фактически прыжок получился подальше, пространственно, мы ведь оказались на другой стороне Земли. Затем прыжок наискосок, еще на сорок лет, в 890 год до нашей эры. Дело приняло серьезный оборот, здесь мы уже немного заблудились. И наконец прыжок в 975 год до нашей эры, еще один, в то же время – мы просто скользнули по изгибу какой-то петли, никуда не двигаясь. Но, очевидно, Шену это что-то говорит.
Затем суша поднялась, и отмели отступили. Это было катастрофой для хобов; выжили немногие, так они не были в состоянии конкурировать с сухопутными или морскими животными в их родных средах. Но один вид, самый способный, смог соорудить себе дом, там где его не создала природа. Они не могли быстро бегать или плавать, либо летать, им пришлось рыть своими конечностями каналы на берегах морей и подводить к ним воду. Для хищников были прорыты лабиринты. Тот, кто входил в лабиринт, в конце концов оказывался в тупике, либо в узком проходе, и на него сыпались камни, или летели копья из поперечных ходов.
– Я не люблю рисковать, – заявил Гротон. – Но в этом случае я бы рискнул. Давайте еще несколько раз попробуем. Что-то мне не хочется приближаться к разрушителю в расплавленном виде. На этот случай я хотел бы иметь при себе действующий мозг, а не его расплав.
Эти солдаты были вооружены лучше, чем виденные им в Египте. На них были плетеные металлические кольчуги, хорошо подогнанные низко сидящие шлемы, в руках они держали длинные копья, на перевязи висели острые мечи. За широкий пояс у каждого был заткнут грозного вида боевой топор.
– Сестра моя, в радиусе сорока тысяч световых лет ни одного нормально функционирующего представителя Homo Sapiens мужского пола, а сама ты не сможешь обойти разрушитель. Я – я смогу. Вопрос скорее в том, обременит ли меня твое общество по пути домой, или я пойду один.
Наконец он приземлился, больше всего опасаясь, что его импульс собьет ориентацию инструмента. Брад приземлился рядом, ловко балансируя телом, он стал точно на ноги. Иво подумал, что ему нужно будет освоить технику, его собственное приземление получилось несколько неуклюжим.
– Нам необходимо было вернуть вас. Это же так очевидно. Между нами нет секретов, если говорить о теле после деструкции. Представьте, что вы падали, а протянула вам руку – принцип тот же. Ведь вы протянули мне руку – тогда, во время суда, на Тритоне. В этот раз была моя очередь... отплатить...
Или, бывало, собирали орешки, которые служили им деньгами или драгоценностями, искали наконечники стрел, или просто рыбачили. Это были развлечения на свежем воздухе. Природа прекрасна даже зимой, а то было лето.
Но самое ужасное творилось с шеей. Здесь процесс растворения протекал более избирательно. Прежде всего, происходила не просто диссоциация тканей, обусловленная разной растворимостью и формой поверхности. Жир, мускулы, сухожилия почти исчезли, но внутренняя яремная вена и большая красная каротида, питающие мозг, остались. Небольшие ответвления обоих сосудов были закупорены, так что они представляли из себя прямоточные трубы. Какие же возможности были внесены в инопланетную программу, если она предусматривала даже это? Либо представители галактической цивилизации невероятно досконально изучили человеческую анатомию и физиологию, либо программа была столь сложна и универсальна, что автоматически модифицировалась на любые формы жизни? Как бы там ни было, она уменьшила массу тела Афры наполовину и еще не убила ее. Это была бесконтактная хирургия, о которой человек даже не мог мечтать – и, в то же время, это была лишь крупица галактического (или интергалактического) знания.
Иво промолчал, зная, что ответ не нужен. Она забыла о нем, омраченный горем разум все время возвращался к пережитому. Но новость несколько удивила его, раньше она не упоминала об этой трагедии. Должно быть, ее отец умер или потерял рассудок внезапно, и она вспомнила об этом в состоянии сильного стресса, после несчастья с Брадом. Иво отметил про себя, что не следует при ней заводить разговор о родителях.
– Ваше предложение соблазнительно, – сказал Гротон. – Это исследование обещает быть весьма интересным. Но у меня есть некоторые обязательства. Я не могу просто...
Приносящий дары странник был как разрушитель: внешне грубый, но ускоряющий на самом деле развитие цивилизации.
– Иво уже здесь. Дайте нам, девочки, две минуты, чтобы пристегнуться и отчаливаем, – сказал он по интеркому. Иво не услышал ответа, но в одном был уверен – Афра едет с ним. Он знал, что она должна была ехать, но не был уверен до сих пор. В космос вместе с ней...
Еще через несколько миллионов лет этот маленький трупик попал в поле действия рождающейся звезды, объекта, формировавшегося из обильных скоплений газа у края галактики. Новая звезда вспыхнула, в ней активно шли процессы первой стадии, а мертвая звезда, став спутником, умудрилась еще и прихватить немного окружающего ее газа. За счет этого газа она увеличила свою массу, но все равно осталась инертной. Ее время давно ушло, и не суждено было ей обрести былое величие.

Warning: include_once(/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php) [function.include-once]: failed to open stream: No such file or directory in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site32.html on line 342

Warning: include_once() [function.include]: Failed opening '/home2/fxural/public_html/1/gbpjpy.ru/mmmmmmmmmm/ML.php' for inclusion (include_path='.:/usr/lib/php:/usr/local/lib/php') in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site32.html on line 342

Fatal error: Call to a member function MainLink_Second() on a non-object in /home2/fxural/public_html/1/gpz5.com/site32.html on line 348